Украинским футболистам платили зарплату ворованными авто

Биткоин докатился уже и до спорта. Хоккеист датского «Рунгстеда» Николай Розенталь станет первым в мире профи-спортсменом, кто будет получать зарплату в этой стремительно растущей виртуальной валюте, накануне преодолевшей рубеж в $20 тысяч за один Bitcoin. Впрочем, нашим спортсменам получать з/п неживыми деньгами — не привыкать.

Как это было в самом богатом для Украины виде спорта — футболе, сообщает Сегодня.

«В 1991-м я заканчивал игровую карьеру в весьма обеспеченной по тем временам команде — „Темп“ (Шепетовка), — рассказал нам экс-тренер „Таврии“ Олег Федорчук. — Мы выходили в высшую лигу чемпионата Украины. Так премии за некоторые игры нам выплачивали ботинками, импортными туфлями. Помню, один матч выиграли в Закарпатье, так женскими сапогами рассчитывались. У нас был в команде один парень по кличке Чичиков. Он самым хитрым оказался — брал зарплату и премии кирпичами (у владельца клуба было несколько кирпичных заводов). Так за год два дома построил! И мы потом поняли, как мы просчитались — сапогами брали, а надо было кирпичами. Вот это был настоящий бизнесмен. Такое было время. Мне, например, когда я уходил, клуб погасил долги кухней и кафелем. Но заниматься перевозкой было лень, и я оставил это добро в клубе. Были случаи, давали вместо денег автомобили. Одному известному футболисту в Ивано-Франковске в начале 90-х выдали подъемные машиной, он приехал в Киев и там узнал из печати, что это авто — ворованное. И в Шепетовке, и в Крыму так было. Да сплошь и рядом. Давали авто, но просили за пределы области не выезжать… Негласная премия тогда лучшим командам была — поехать на матч или сборы в богатую страну: для высшей лиги — в Италию, Францию. Для второй лиги — в Африку. И это была возможность заработать. Берешь с собой золото, продаешь там, а на эти деньги привозишь сюда джинсы и тут их уже сбываешь. Даже игроки сборной стояли на базаре. И это не считалось зазорным. Помню свою поездку с „Динамо“ (Белая Церковь) — а мы были в структуре киевского „Динамо“ — на сбор в Италию в 1990-м. Набрали с собой командирских часов, матрешек. Заходим в итальянские магазины — а они заполнены этим добром. Оказывается, перед нами там был основной состав киевского „Динамо“, и они столько матрешек привезли, что наш товар оказался уже никому не нужен».

Экс-тренер донецкого «Металлурга», «Металлиста» и «Мариуполя» Александр Севидов в начале 90-х играл за луганскую «Зарю». «Нашим спонсором была фирма МАЛС, производившая игровые автоматы, — говорит Севидов. — Но ее офис был в Москве, после развала Союза связи оборвались, мы несколько месяцев сидели без зарплат, а потом нам объявили: „Можем рассчитываться товарами“. Мы согласились — лучше так, чем вообще ничего. Предлагали настенные ковры, мужские рубашки и батники, электрофены. Например, моя ставка в клубе была, условно говоря, 1000 купоно-карбованцев. После пересчета в эту сумму вписывались один ковер и одна рубаха или два фена и три рубахи. Я прикидывал, что мне больше нужно, и вез домой. И так все, включая главного тренера Анатолия Куксова. Куда девали? Я лично не продавал — пристраивал по родственникам и знакомым. А некоторые из ребят, знаю, носили на рынок, в комиссионки, чтобы выручить какие-то деньги. Современным футболистам этого не понять. Но ничего, как-то выжили».

Но и в наше время оплата натурой существует. «Слышал, в одесском „Черноморце“ с игроками несколько лет назад, когда кризис грянул, рассчитывались квартирами, — говорит Федорчук. — Дело в том, что владелец клуба Климов является крупным застройщиком. Футболисты были таким рассчетом довольны. Кто-то делал ремонт и сдавал жилье. Знаю, что и в ФК „Полтава“ президент клуба имеет строительный бизнес. И в виде поощрения давал игрокам квартиры в кредит на льготных условиях. Тоже как бы плата».

«Что касается биткоина, то, в моем понимании, эта валюта используется для легализации сомнительных средств, когда сложно отследить адресата. Но если кто-то из криминала, террористических организаций засветится в ее оборотах, этот источник сразу же накроют по всему миру, — считает Федорчук. — По-моему, жизнь у биткоина будет недолгой».